Быстрая авторизация

Забыли пароль?

Вы можете войти при помощи быстрого входа/регистрации используя свой телефон

Или если у вас нет аккаунта войдите через социальную сеть

Войдя на портал и регистрируясь в нем Вы принимаете:
пользовательское соглашение
Подвиг Ивана Голубца: 1320 килограммов смерти
0

Подвиг Ивана Голубца: 1320 килограммов смерти

728
Раздел: История

Большая глубинная противолодочная бомба весила 165 килограммов. Конечно, человек поднять ее не в состоянии. Но можно скатить с борта. И сделать так восемь раз. А потом, в загоревшейся одежде, хватать и бросать в море малые противолодочные бомбы. Не слыша команды оставить судно. Или не подчиняясь ей. Наверное, это был как раз тот случай, когда каждая секунда, каждый лишний шаг казались важнее собственной жизни.

8 мая исполняется 105 лет со дня рождения Героя Советского Союза Ивана Голубца. Двадцатишестилетнего старшего матроса, рулевого сторожевого катера 0183. Человека, чье имя очень хорошо знают в Севастополе.

Пять катеров стояли у стенки дока в Стрелецкой бухте 25 марта 1942 года, дожидаясь окончания ремонта. Каждый из них был готов сразу же выйти в море. Потому-то на палубе сторожевика 0121 лежали большие и малые глубинные бомбы.

Иван Голубец возвращался с берега на свой катер, когда начался артобстрел. Он первым увидел разгорающийся пожар на СКА 0121. Прыгнул на палубу, схватил огнетушитель… А вокруг продолжали рваться снаряды. Голубцу понадобилось 7-8 минут, чтобы вместе с экипажем катера потушить огонь.

А через десять минут прямо в этот же катер угодил снаряд, загорелась бензоцистерна, огонь охватил палубу. Потушить корабль уже невозможно. На катере начали один за другим взрываться артиллерийские боеприпасы. Какие-то минуты отделяли от огромного взрыва, когда сдетонировали бы большие и малые глубинные бомбы: четыре ремонтирующихся катера, каждый со своей смертоносной "начинкой", пятидесятитонный плавучий кран, плавучая мастерская, десантная баржа - все это должно было погибнуть во взрывах и пламени вместе с людьми...

Уже прозвучала команда оставить катер, но Иван Голубец продолжал работать на палубе.

Из наградного листа на представление И.К. Голубца к званию Героя Советского Союза:

"Стал скатывать за борт большие глубинные бомбы. Сбросив все большие бомбы общим весом в 1320 кг, он приступил к сбрасыванию малых глубинных бомб из горящего стеллажа. Выхватив две 35-килограммовые бомбы, приготовился выбросить их за борт, но в этот момент произошел взрыв остальных бомб… Жертвуя собой, тов. Голубец спас десятки жизней бойцов и командиров, от разрушения катера и ряд военных объектов."

Ивана Голубца через год после войны перезахоронили: прах перенесли с Русского кладбища на берег Стрелецкой бухты. Там появился памятник из белого инкерманского камня с чугунным барельефом. В честь героя названы улицы в Севастополе и в Таганроге, где родился герой. А еще - несколько кораблей и два локомотива.

Но мало кто знает, что рядом с Иваном Голубцом на горящем катере погибли еще двое.

Старшина 2 статьи Виктор Тимофеев и краснофлотец Василий Жуков: члены экипажа того самого загоревшегося сторожевика.

На самом деле, втроем они сбрасывали те самые восемь глубинных бомб в море. Голубец погиб, когда сдетонировал оставшийся боезапас, старшина и краснофлотец - когда взорвался один из бензобаков. Но эти двое не стали Героями Советского Союза. Их имена не были увековечены в улицах или площадях.

Так получилось. Командование "заметило" или выбрало одного человека из трех, пожертвовавших собой.

Человек не совершает подвиг вдруг, внезапно. Он живет, приобретая свои убеждения, принципы, понятия о том, что правильно. И в критической ситуации все это срабатывает, приводит к единственно верному выбору.

Мы хотим вспомнить о нескольких таких людях. Знаменитых и оставшихся в тени. Объединяет их то, что они сражались в Севастополе и погибли здесь. И у каждого случился поворотный момент, когда они приняли свое, правильное, решение, заплатив за него жизнью.

- (Леонид по наградным документам) , старший сержант, командир отделения. Один из тех, кто освобождал Севастополь, взламывал немецкую оборону. 18 апреля 1944 года у села Бельбек он, раненый, остался единственным во взводе, кто мог еще двигаться. Можно было вернуться к нашим позициям. Никто не осудил бы, не посмотрел косо. Но он добрался в одиночку до третьей линии вражеских траншей и был ранен второй раз.

Четыре часа старший сержант отбивал атаки окруживших его немцев. Пока мог стрелять, пока дышал. Потом добравшееся подкрепление посчитало немецкие потери: больше 60 тел вражеских солдат. Габдулахат Валиев посмертно стал героем Советского Союза.

- . Начальник штаба укрепрайона береговой обороны Севастополя. Он оказался среди тех, кому предлагалось эвакуироваться на подводной лодке. А на берегу, брошенные командованием, оставались десятки тысяч солдат и офицеров. Был свидетель того, как Иван принял самое важное решение своей жизни. Автор одной из самых полных эпопей о Севастопольской обороне Игорь Маношин опубликовал воспоминания начальника отдела укомплектования полковой артиллерии подполковника Семечкина.

"Мы шли на посадку на подводную лодку… Шедший вместе со всеми начальник штаба Береговой обороны И.Ф. Кабалюк вернулся назад и передал, что остается на батарее, никуда не пойдет, и погибнет вместе с батареей".

Он долго числился пропавшим без вести. В 1965 году на мысе Херсонес были найдены останки, которые удалось идентифицировать. Кабалюка перезахоронили на воинском кладбище поселка Дергачи.

- . Герой Советского Союза. Командир 80-й зенитной батареи ПВО Черноморского флота. В июне 1942 года батарея подвергалась авиабомбежкам и артобстрелам. Три дня, с 10 июня, она была в окружении немцев, которые так и не смогли ее взять. Орудия ремонтировали по ночам, большинство приборов на них не действовали, но красноармейцы продолжали стрелять по врагу.

13 июня немцы двинули на батарею танки и батальон пехоты. Пьянзин смог подбить один танк. А потом дал последнюю радиограмму: "Отбиваться нечем, весь личный состав вышел из строя. Открывайте огонь по нашей позиции, здесь много фашистов!".

- . Полковой комиссар. Служил в 76 полевом подвижном госпитале. Вместе с тяжелоранеными ждал эвакуации на мысе Херсонес в первые дни июля 1942 года. Когда 4 числа стало ясно, что эвакуации не будет, собрал у бойцов документы, сжег их в воронке, проинструктировал, как сдаться в плен.

Считал, что люди должны получить шанс на жизнь. А самому себе он его не оставил: знал, что немцы среди пленных выискивают и уничтожают политработников. После того, как красноармейцы начали подниматься по склону к поджидающим их фашистам, покончил с собой.

- . Военюрист, прокурор Севастополя. Официально не значится погибшим и пропавшим без вести. В последние дни обороны Севастополя находился на мысе Херсонес. После войны его жене удалось отыскать женщину, которая находилась рядом, знала в лицо Александра Шнея. Она рассказала, что сама видела, как 4 июля 1942 года он вместе с другими военными вышел в атаку против немецких танков. Очевидица сообщила, что на ее глазах Шней был раздавлен немецким танком. Это был его выбор: плен, и, скорее всего, расстрел - или последний бой.

РИА новости Крым

Последние новости:

Как к Вам обращаться?